Дочь великого грешника [= Небо Монтаны ] - Нора Робертс

Именно по этой причине, когда стадо лосей сломало забор и воцарился сущий хаос, она тут же примчалась на место происшествия. И по той же самой причине она взялась лично руководить теми, кто отгонял лосей и чинил забор.

К концу дня, когда порядок был восстановлен и работники уже резались в карты в своей общаге, Уилла мечтала лишь о горячей ванне и горячем ужине. Она была уже на полпути к первой части своей мечты, когда раздался стук в дверь. Зная, что Бесс наверняка в кухне, Уилла спустилась вниз и отворила. Увидев Бена, она рявкнула:

— Ну, чего тебе?

— Хорошо бы пивка холодненького.

— Здесь тебе не салун. — Но все же она посторонилась, пропуская его в гостиную, где стоял холодильник. — Давай побыстрее, Бен. Я еще не ужинала.

— Я, вообще-то, тоже. — Он взял протянутую бутылку. — Но на приглашение я не рассчитываю.

— Сегодня я не расположена к общению.

— А ты никогда к нему не бываешь расположена. — Он запрокинул голову и в два огромных глотка осушил бутылку. — Мы с тобой не виделись с тех пор, как ездили в горы. Хотя мне, наверное, следовало тебе сообщить, что я так ничего и не обнаружил. След потерялся. Тот, кто это сделал, умеет ловко заметать следы.

Уилла тоже взяла себе пива. Ноги у нее гудели, и она плюхнулась на диван рядом с Беном.

— Маринад считает, что это дети. Наколотые придурки-подростки.

— А ты?

— Я так не считаю. — Она передернула плечами. — Но лучшего объяснения сейчас придумать не могу.

— Да, верно. Нет смысла возвращаться в горы. Стадо-то уже спустилось. Твоя сестра вернулась из Лос-Анджелеса?

Уилла медленно вращала головой, чтобы расслабить мышцы шеи, но при этом вопросе остановилась и нахмурилась.

— Ты чересчур любопытен, Маккиннон. С чего это тебя интересуют дела ранчо «Мэрси»?

— Теперь это входит в мои обязанности. — Ему нравилось напоминать ей об этом, так же как нравилось смотреть на ее волосы, заплетенные в косичку, на ноги в сапогах, которые она вытянула перед собой. — От нее что-нибудь слышно?

— Она прибудет завтра. Так что если ты из-за нее лезешь в мои дела, приходи…

— И ты меня с ней познакомишь? — Он коснулся ее волос и с удовольствием начал их теребить. — Может быть, я в нее влюблюсь и займу ее делом, чтобы она не путалась у тебя под ногами?

Уилла оттолкнула его руку, но Бен снова стал играть ее волосами.

— Что, женщины так и падают в твои объятия?

— Только не ты, дорогуша. Очевидно, не могу найти правильного подхода к тебе. — Он провел пальцем по ее щеке и увидел, как сузились ее глаза. — Но я буду работать над собой. А как другая?

— Другая кто? — Уилле хотелось отодвинуться немного, но она понимала, что это будет выглядеть глупо.

— Другая сестра?

— Она где-то здесь.

Он довольно улыбнулся.

— А я заставляю тебя нервничать. Разве это не забавно?

— Снова хвастаешься? Уилла начала подниматься с дивана, но Бен схватил ее за плечо и удержал.

— Так-так, — пробормотал он, почувствовав, как от его прикосновения по ее телу пробежала дрожь. — Может, я уделяю тебе недостаточно внимания? Иди-ка поближе.

Усилием воли Уилла сосредоточилась на том, чтобы выровнять дыхание, и половчее перехватила бутылку, которую продолжала держать в руках. Как он заносчив, как самоуверен, подумала она. Ведь он уверен, что, если нащупал правильный подход, я тут сейчас перед ним растаю.

— Хочешь, чтобы я подошла поближе, — проворковала она, заметив, как он слегка прищурил глаза, удивленный ее ласковым тоном. — А что будет, если я подойду?

Будь он способен хоть немного трезво размышлять, он бы сообразил, каким дураком себя выставляет. Но сейчас ее хриплый голос рождал в нем только одно чувство — постепенно закипающую похоть.

— Нам давно пора было это выяснить.

Он крепко схватил ее за рубашку и потянул к себе. Бен не отрывал жадного взгляда от ее рта, а не то он бы раньше заметил, что она собирается сделать. Через мгновение он был весь мокрый от пива, которое она вылила ему на голову.

— Ты такой козел, Бен. — Довольная собой, Уилла наклонилась и поставила пустую бутылку на стол. — Ты что же думаешь, я всю жизнь живу на ранчо среди грубых мужиков и не научилась распознавать тот момент, когда они собираются похотливо на меня наброситься?

Он медленно провел рукой по мокрым волосам.

— Да нет. Но, может, еще разок попробовать…

Бен метнулся вперед. Очутившись в его железных тисках, Уилла подумала, что даже змея перед нападением издает предупреждающий треск. Бен же набросился на нее молча и молниеносно, и теперь Уилла не могла пошевелиться в объятиях этого жилистого парня с налитыми кровью глазами.

— Вот и не распознала. — Словно наручниками, он сжал ее запястья и поднял их над головой. Лицо Уиллы вспыхнуло, и он знал, что не только от гнева. Гнев не заставил бы ее так дрожать, и этот чисто женский испуг в глазах не появился бы только от злости. — Что, Уилла, боишься меня поцеловать? Боишься, что тебе понравится?

Сердце ее так колотилось, словно вот-вот собиралось выпрыгнуть из груди. Губы подрагивали, как будто им не терпелось, чтобы в них впились поцелуем.

— Если бы я хотела, чтобы ты меня поцеловал, я бы тебе об этом сообщила.

Он только улыбнулся и склонился ближе к ее лицу.

— Тогда сообщи мне, что ты этого не хочешь. Ну, давай, скажи же. — Голос у Бена стал совсем хриплым. Он слегка чмокнул ее в подбородок. — Давай, скажи, что ты не хочешь, чтобы я попробовал, какова ты на вкус. Хотя бы один разок попробовал.

Но Уилла молчала. Это была бы ложь, но на ложь ей было наплевать. Просто она не могла произнести ни слова — у нее пересохло горло. Тогда она решила действовать по-другому и быстро и резко ударила его снизу коленкой.

Уилла испытала некоторое удовлетворение, когда Бен смертельно побледнел и рухнул на нее всем телом.

— Пошел вон. Пошел вон от меня, чертов идиот. Я сейчас задохнусь.

Хватая ртом воздух, она изогнулась и лягнула его. Бен издал громкий стон. Ей удалось вдохнуть полную грудь воздуху, прежде чем он схватил ее за волосы и потянул на себя.

Они скатились с дивана на пол. Уилла так ударилась локтем об угол стола, что у нее из глаз посыпались искры. Зарычав от боли, она яростно вцепилась в него зубами. Что-то упало на пол и разбилось, пока они боролись, пыхтя и ругаясь.

Бен старался только защищаться, но Уилла, видимо, закусила удила и еще крепче цапнула его за руку. Бен взвыл, решив, что сейчас она вырвет из него кусок мяса; ему удалось схватить ее за подбородок и слегка разжать челюсть. Хватка немного ослабла.

Они катались по полу, грохоча сапогами, пинали друг друга ногами, пихались локтями, молотили кулаками. Уилла сама не сообразила, что смеется, до тех пор пока он ее не поборол. Он смотрел на нее, а она лежала совершенно беспомощная и задыхалась от хохота.